Статьи
Авторизация
В продаже - № 3(78) 2017
Тест-драйв
>

 

 

 

Поиск по журналу
Настройки поиска:
в номере:
по рубрике:
тема:
статьи автора:
Made in Мэн
Тема: ------; Автор: Васильев Игорь; Страница в журнале: 120;

Что такое добрая старая Англия, мы более-менее в курсе. Тауэр, Биг-Бэн, файв-о-клок, гвардейцы в медвежьих шапках, королева в парламенте. Наши знания об Англии Новой также обширны. «Майский цветок», причёска «ирокез», купленный за двадцать долларов Манхэттен, «Моби Дик», «Янки при дворе короля Артура», война за Независимость, а заодно Севера и Юга. В последнее время мы даже правильно расставляем ударения во фразе: «Бостон, штат Массачусетс» (совершенно излишняя подробность – Бостон в Штатах один).

…Северо-восток США, Новая Англия, или Янкиленд. Реки, озёра, сосновые леса, бескрайние картофельные поля. Авиалайнеры – только до Бостона, дальше – маленькими самолётами маленьких компаний. Население – потомки англиканских сектантов, голландцев, гугенотов. Искать выпивку или сигареты в субботу или воскресенье – гиблое дело, всё закрыто. Да и в будни это требует определённых усилий. Мораль строжайшая, квинтэссенция её – в английской пословице: «Делай, что должно, и будь, что будет». Воскресные службы в церквях незыблемы. Термин «сверхурочная работа» в теории известен, на практике не встречается. Все, кого это не устраивало, два века назад свалили отсюда под лозунгом «На Запад, э-гей!».
Летом сюда начинают валить туристы. Оказывается, побережье Новой Англии стало модным курортом. А остров Маунт-Дезерт вообще нечто вроде Ибицы. Так сказать, бастион греха на границе добродетели. Куда там Флориде с Калифорнией…
По всем меркам это даже не захолустье, это заповедник. Но местных сей факт, похоже, ничуть не смущает. Напротив, они законно гордятся, что в стране с короткой историей их история – самая длинная. И логично, что на ней пытаются слегка заработать. В определённые дни и в определённых местах можно увидеть «живьём» и за «живые» же деньги хоть прибытие «Майского цветка», хоть «Бостонское чаепитие» или битву за Конкорд. Особо стойким, проникнувшимся пуританской моралью, устроят трудовые будни. В школе деревянного судостроения.
Помнится, некогда меня весьма позабавило существование «школ вина», а особенно знакомство с их программой. Кто бы спорил, что дегустаторы кофе, чая, того же вина – профессионалы, достойные уважения уже за сам образ жизни? Каково это – обходиться без курения, крепкого спиртного, сыра, любой парфюмерии? Не знаю, не пробовал. И когда за четыре дня и двести долларов обещают научить разбираться в сей тонкой материи, понимаешь: Ильф и Петров и на Западе любимые авторы. А их книги – не догма, а руководство к действию. По отъёму денежных средств в рамках уголовного кодекса.
Научиться же строить лодки из дерева вполне реально даже в Америке. Чтобы там ни утверждал фольклор, руки у нас растут из плеч. У кого не так, те давно заспиртованы и выставлены в Кунсткамере. В зависимости от степени одержимости, а также времени и денег существует множество вариантов. От недельных курсов, где научат отличать шпунт от штевня, до каторги на полтора года. Чем можно заниматься столько времени? Я посмотрел программу – чистая музыка! Отбор леса, экология, управление верфью, ремонтная и реставрационная техника и даже «Деревянные лодки в английской литературе». Да ведь это же наше ПТУ! Где мои семнадцать лет?..
Естественно, что с точки зрения коммерции такое предприятие, мягко говоря, убыточно. Подобные школы существуют на частные пожертвования, гранты от разных фондов, иногда из бюджета графства перепадают какие-то крохи. Для преподавателей – мастеров-наставников – это работа по совместительству. А так вкалывают они на маленьких коммерческих верфях, кои ещё в изобилии встречаются в Нью-Гэмпшире, Массачусетсе, Род-Айленде. И, конечно, в Мэне.
Временами отсюда приходят сообщения, что в торжественной, тёплой и дружеской обстановке (или наоборот, в обстановке полной секретности) спускают на воду очередную пятидесятиметровую шхуну. Крёстная мать – племянница заказчика, естественно, желающего остаться инкогнито. Четыре года простояло это чудо на стапеле, а вокруг честно горбатились сто человек. В их числе – три резчика по дереву. На такие тихие тупые подвиги способны только новоанглийские пуритане. Может, ещё староверы Алтая, но среди них нет потомственных корабелов. И когда делишь сумму в 20 миллионов на число людей и месяцев, выходит немного. Может, поэтому неизвестному миллионеру неловко появиться среди суровых людей в квакерских жилетах?
Конечно, это событие из ряда вон. Разбросанные по берегам залива Мэн и реки Пенобскот верфи строят в основном лодки более привычных размеров. Сосны пока хватает. То ли деяния легендарного лесоруба Поля Баньяна действительно легендарны, то есть мифические, то ли что-то выросло с тех пор. При современном бесстыдном разгуле смол и прочих клеев удивляет приверженность традиционной технологии.
В не таком уж далёком прошлом один мой питерский знакомый летал по делам своей мебельной фирмы в Бостон. Помимо прочего, им устроили экскурсию на одну из верфей Портленда в штате Мэн (в США, если не уточняется, имеют в виду Портленд, штат Орегон). Увиденное произвело на него впечатление.
– Слушай, старик, – рассказывал он, разливая джин по стаканам в «холостяцком флэте», – натурально, позапрошлый век. Болты, заклёпки и дёготь с паклей.
– Неужели совсем без клея?
– Ну не то чтобы совсем. Когда стягивали болтами, (он пошевелил пальцами в воздухе) штука такая, спереди, стоит вертикально…
– Штевень?
– Наверное. Так вот, когда стягивали, мазали доски чем-то. Может, и клей. И даже скорее всего. Видать, бревна подходящего не достали.
Он отхлебнул и продолжил:
– Вообще-то в эллинге у стены такая полка, – приятель показал рукой, и я понял, что полка была длиной метров шесть, – и на ней ведёрки. Возле каждого пузырьки с клеем, ну ты в курсе. Коммивояжеры там всюду новинки таскают и суют кому попало. А в ведёрках вода, и склеенные образцы мокнут.
– И давно мокнут?
– А чёрт их знает. Босс при мне вытащил парочку, посмотрел так задумчиво, под дверь засунул и сломал.
– По клею?
– Зачем по клею? По цельному дереву, всё нормально. Я, помню, у него ещё спросил: «Что, клей плохой?» «Да нет, – говорит, – отличный клей» «А что ж тогда не применяете?» «А это, – отвечает, – он здесь отличный, а в море кто его знает. С конопаткой как-то надёжнее. Да и дорого». Тут старикан мне подмигнул и добавил: «А ещё воняет».
– Но что меня там больше всего прибило, так это коловорот.
– В музее?
– Да иди ты! Серьёзно, шурупы им крутят. Спросил, почему не дрелью. Говорят, головы шурупам отрывает через один. Бронза. Я вообще и раньше слышал, что они и руками что-то делать умеют – Детройт там, Силиконовая долина. Но вот чтобы так! Надо разбогатеть и заказать что-нибудь эдакое».
По части «эдакого» выбор большой. Так, верфь Дэниэла Скайра (Daniel Skira and Co) в городишке Рокпорт строит тридцатиметровые бригантины и шхуны. Не брезгует и лодками поменьше. Самая маленькая шхуна вписывается в требование для перевозки на трейлере. Трейлерность, правда, обманчивая – полное водоизмещение лодки за пять тонн. Воздушной лёгкости взяться неоткуда – корпуса строятся на футоксовом наборе, двойные дубовые шпангоуты скрепляются болтами. Обшивка тоже отличается солидностью. Украинский Регистр остался бы доволен. Кстати, даже на более-менее солидных верфях расчётов прочности не делают. Объясняется это просто: в Штатах специалист с высшим образованием – это всегда хорошо оплачиваемый специалист, а Новая Англия по штатовским меркам – край бедный. Поэтому пользуются правилами Американского Бюро Судоходства и Регистра Ллойда послевоенного издания. Хозяин одной из верфей, кстати, строящих суда исключительно по проектам Дэвида Бича, в интервью журналу «Woodenboat» объяснил это примерно так: «Пока лодка стоит на стапеле, она успевает надоесть нам до чёртиков. Поэтому лодку мы делаем так, чтобы владелец раньше чем через четверть века повторно сюда не показывался». Довольно здравая мысль. Заказчики в основном обитают не южнее Нью-Йорка, и суда эксплуатируются примерно в тех же широтах. Что поделать – в тёплых водах деревянные лодки долго не живут, и в Мексиканском заливе черви-торедо даже пропитку солями мышьяка принимают за лакомство. Северная же Атлантика – вода серьёзная, и хотя Бостон расположен южнее Ялты, в иные зимы залив Массачусетс покрывается льдом. Так что за лишние полдюйма обшивки заказчики не в претензии.
Верфь в Бруклине (тоже штат Мэн) специализируется в основном на лодках поменьше. Это каноэ, как классические, так и с обшивкой внакрой, и гребные лодки вроде наших «фофанов». Примерно две трети работ – постройка новых лодок «под старину», остальное – восстановление подлинного «ретро». Это у нас реставрация – дело хлопотное и неблагодарное, а за океаном находятся люди, выкладывающие 10000 долларов за оригинальный тузик постройки 1910 года. Хотя скорее это уже больше напоминает коллекционирование. Верфь, помимо прочего – постоянное место практики студентов (и студенток) местного университета. Есть там такая специализация, соответствующая нашему «краеведению».
Словом, дело пилы и топора в Новой Англии живёт и побеждает. Заказов хватает, а ситуация с лесом в стране даже лучше, чем полвека назад. Ну и традиции, разумеется. Ведь именно в Новой Англии, хоть и не в Мэне, была спущена на воду знаменитая «Америка». Правда, сейчас Кубок её имени разыгрывается без участия дерева и даже американцев. Зато раньше не бывало случая, чтобы новая лодка разваливалась до конца регаты.
Начитавшихся Грина в переводе рано или поздно занесёт в крайний северо-восточный штат страны. Романтике одиноко без гафеля, бушприта и солидного банковского счёта. В этом плане хорошая деревянная яхта – как депозит. Со временем она только дорожает. А уж времени у неё навалом. В мире достаточно яхт, построенных даже в позапрошлом веке. А могло бы быть куда больше, если вспомнить, сколько из них закончили свою жизнь в годы Великой депрессии. Или двух мировых войн (ну это для Европы). Корабелы Мэна делают вещи не на один день. Похоже, им нравится думать, что в мире, где с калейдоскопической скоростью принято менять машины, дома и спутников жизни, их судно само сменит трёх-четырёх владельцев. Путём естественного отхода последних. Что ж, серьёзный повод для гордости.



Статьи