Авторизация
В продаже - № 3(78) 2017
Тест-драйв
>

 

 

 

Поиск по журналу
Настройки поиска:
в номере:
по рубрике:
тема:
статьи автора:
Трое в лодке, не считая комфорта, или Суточный тест Amel 55
Тема: ------; Автор: Парфенюк Богдан; Страница в журнале: 86;

Для журналиста-испытателя морская «обкатка» яхты — это пронизывающий ветер, обильные брызги и активная работа на лебёдках. Даже летом беру с собой полный непромокаемый комплект и шкотовые перчатки, а тут ещё и ноябрьские холода. Тем более, объявлен суточный тест — не шутка! Звоню на верфь: «Много тёплой одежды брать?» И получаю шокирующий ответ: «Вообще не бери. И «непромоканец» тоже дома оставь». Amel, как оказалось, яхта особенная.

Об этом удивительном судне я рассказывал в «Фарватере» №6/2013. 17-метровый кэч с прочнейшим корпусом, четырьмя водонепроницаемыми переборками и центральным кокпитом. О последнем: именно в середине корпуса он максимально защищает команду от волны со всех направлений, почему и нежно любим океанскими яхтсменами. А на Amel кокпит дополнен не только сплошным ветровым застеклением, но и хард-топом с выдвижной секцией. Если холодно, периметр «зазиповывается» сплошной тентовкой — получается кабина. Заметьте: обогреваемая! И мы, едва отвалив от причала и поскладывав кранцы в ахтерпик, юркнули в её уют и сразу сняли ставшие ненужными куртки.
Впрочем, свою я сначала положил рядом — думалось, ещё понадобится при постановке парусов, работе со шкотами. Только выходить так и не пришлось: капитан Борис Компаньон (Chantiers Amel, отдел продаж), не вставая с рулевого кресла, нажал на пару джойстиков — из мачты «выехал» грот. Его гика-шкот — на лебёдке у входа в салон, также оперируется кнопкой. Ещё пару нажатых джойстиков — вышла из мачты бизань. Шкотовые лебёдки большой генуи стоят совсем рядом с тентовкой кабины — прекрасно обслуживаются изнутри, а добираются электроприводом. Единственная ручная лебёдка — бизань-гика-шкота, — но и её я спокойно добираю из кабины, расстегнув зиппер. Паруса выставлены, яхта резво бежит по ветру, а экипажу так и не пришлось ни напрячься, ни помёрзнуть!
Нестандартно начатый тест-драйв продолжился ещё оригинальнее — обедом. Мы ведь во Франции, тут питание — важный элемент культуры: всегда вовремя и полноценно (никаких сэндвичей!), с обязательным бокалом вина. В кокпите разложен стол, расставлены керамические тарелки, стеклянные бокалы, сыры, паштеты, устрицы… Чтобы совсем устранить и так незначительный крен, просто увалились до курса бакштаг — полная иллюзия хорошего ресторана с круговым видом на море!
Кстати, по ходовому комфорту парусник всегда предпочтительнее моторной яхты: паруса, как бы «опираясь» на ветер, заметно демпфируют бортовую раскачку. Нужно лишь правильно выбрать курс и, поручив его автопилоту, отдыхать себе в удовольствие. А роль автопилота на Amel настолько существенна, что их там два — один дублирует другого, полная взаимоподстраховка. Так что вероятность лишиться «механического рулевого» на этой лодке мизерная.
Но я вспоминаю о прямых обязанностях и оцениваю ходкость на разных курсах. В наш 20-узловый ветер (указанные скорость и направление — всегда истинные) и «полняки» вплоть до 80 градусов — 9,0-9,3 узла. Привелись до 60 градусов — имеем ход 8,4 уз. Причём, это уже с подрифлеными парусами: капитан считает, что комфорт на этом судне важнее (в нашем случае уменьшили крен до 15 градусов). Подвернули до 45-50 градусов — всё равно ход стабильно выше 7 уз. Забегая наперёд: при ветре силой 13-15 уз. скорость (конечно, уже с полными парусами) оказалась примерно такой же: 7,4 уз. при 45-48 градусах бейдевинда. Удивительно: яхта оказалась весьма «крутым» ходоком — стабильно шла 40 градусов (истинных!) к 13-узловому ветру со скоростью 6,7 уз.
Особо — о рифлении (к примеру, грота). На обычной яхте это длительная и энергоёмкая процедура: потравить оттяжку, затем гика-шкот, подобрать топенант, стравить грота-шкот, подмотать закрутку грота, затем вышеуказанные снасти набить-стравить в обратном порядке… Потому крейсеристы, что уж греха таить, делают это только при крайней необходимости (крен уже слишком большой или, наоборот, ветер значительно ослаб…). Но на Amel вся операция — наклон (пальчиками!) двух джойстиков. А потому площадь парусности здесь регулируют по любому поводу. Причём на любых курсах: моторы закрутки и шкота держат парус в постоянной «растяжке», он не хлопает на ветру (стало быть, дольше прослужит) и не ложится на ванты/краспицы. Это единственная из виденных мною яхт, на которой уменьшить/увеличить грот и бизань можно даже на фордевинде!
И о прелести вооружения кэч, любимого дальними путешественниками не только за низкую парусность (меньше крен) и меньшие по площади паруса (с которыми легче справиться). Бизань — тонкий инструмент управления центровкой. Яхта на крене «лежит на руле»? Не проблема: просто «подмотали» бизань (снова-таки — за секунды и пальчиками) — и штурвал стал «лёгким», а скорость даже не убавилась (парусности теперь меньше, но ведь и руль уже не тормозит!).
Пожалуй, самое сильное впечатление — бесшумность. Оказывается, перенос кокпита в центр означает и удалённость от клокотания в кильватере. Жёсткие (ламинат «кевлар-майлар»), хорошо растянутые паруса не «фалают» задними шкаторинами. Кабина «убирает» шум ветра в ушах. А жёсткий корпус на волне не скрипит и не стонет, как на яхтах «мэйнстрима». Специально обошёл все каюты — только плеск волн.
До недавнего времени считал, что реальный комфорт достижим лишь на катамаране: он почти не кренится, и чайник можно оставлять на столе — не спрыгнет. Но этот грохот волн в мостик… (У меня ещё свежи воспоминания о ноябрьском 1500-мильном переходе «Средиземка–Атлантика» на быстром и крепком «кэте»: регулярные удары снизу к концу первого дня уже изрядно напрягают, а через сутки голова просто раскалывается — мечтаешь поскорее пришвартоваться и отдохнуть от этой «барабанной установки»). На Amel же садишься, как в кресло, на подветренное сидение кокпита и наслаждаешься плавным покачиванием да мягким шёпотом волны вдоль корпуса. С креном, но без грохота. Что весомее — каждый решит сам. Но лично я сильно пересмотрел собственные яхтенные предпочтения, прежней уверенности как не бывало…
День подходил к концу, солнце подкатилось к горизонту, а мы — к небольшому острову Экс (прямо напротив небезызвестного форта Байяр). И снова не пришлось ни мёрзнуть, ни мокнуть: паруса убраны и якорь отдан прямо из кокпита. Причём, под контролем даже длина выпущенной цепи — вот она, на приборе управления брашпилем. А когда яхту стало водить приливным течением, в качестве стабилизатора частично раскрутили бизань — вот ещё одно преимущество кэча!
Впрочем, я немного слукавил: команда таки покидала тёплую рубку. Эстеты-французы решили смыть с палубы соль — благо, кран предусмотрен, а шланг под рукой (в рундуке). Меня больше заинтересовала беспечность в расходовании пресной воды — она ведь из бака! Летом именно ёмкость бортовой цистерны определяет частоту посещения марин (из личной практики — раз в 2 суток). Но и в этом аспекте Amel — яхта особенная: 800 л — весьма солидный запас (для 2-5 человек), а штатный опреснитель производит за сутки ещё 500! Вот это и есть реальная свобода в путешествии. Конечно, в сочетании с энергетической «независимостью»: штатный генератор на 11 КВт потребляет всего 1,5-2 л/час, а бортовой запас топлива — 900 л…
Кстати, о мощности генератора: не слишком ли даже для 17-метровой яхты?! Борис: «Действительно, даже если включить все многочисленные энергопотребители, для их питания вместе с подзарядкой аккумуляторов необходимо порядка 7,5 КВт. Но один из принципов, заложенных ещё Анри Амелем, — все системы и механизмы должны работать в щадящем режиме, не более чем с 50%-ной нагрузкой. Тогда срок их службы максимальный, а риск отказа незначителен. Это касается и электроснабжения, и сечений рангоута/такелажа, и толщины корпуса — да всей лодки!».
Антуан Риотон (Chantiers Amel, отдел продаж) дополняет: «На Amel нет привычных яхтенных ограничений — в расходе воды, иллюминации или одновременной работе любых приборов. Здесь не приходится включать микроволновку, стиральную или посудомоечную машины по очереди — бортовая энергосистема рассчитана на питание сразу всего. Нужно что-то включить — просто включи. Ибо, если вы идёте далеко, вы приводите на борт даму. А даме нужен «домашний» комфорт: полноценный душ, полноценная кухня, полноценная стиральная машина, полноценный туалет… Если всего этого нет — женщина не будет с вами долго».
Словно в доказательство этих слов гостеприимные хозяева устроили мне полноценный ужин, достойный хорошего ресторана. С вином и под хорошую музыку. И (вот честно!), увлечённый неспешной беседой, я порой забывал, что нахожусь на судне, что мы стоим на открытом рейде, а за бортом чуть выше 0 по Цельсию и порывистый ветер до 20 узлов. Однако вышел на палубу — всё наличествует. Спустился в салон — снова окунулся в микроклимат полноценно-домашнего уюта.
Ночь добавила пищи для анализа. Опытные яхтсмены знают: каждая лодка «живёт своей жизнью», время от времени жужжа и пощёлкивая автоматически включающейся «начинкой» — помпами, обогревателями, гидрофорами… Днём этих звуков не слышно, а ночью они многим новичкам не дают спать. На Amel же все механизмы убраны в просторное и замечательно звукоизолированное машинное отделение. У меня в каюте ещё можно на слух различить «местный» обогреватель (это по словам Бориса, так как я работу «печки» не слышал), а в тех, что строятся сегодня, и они, и кондиционеры — центральные, с исполнительными механизмами в машинном отделении. И как ни прислушивайся — только убаюкивающий плеск волны…
Утром идиллия продолжилась: бодрые (после обязательной чашечки кофе) и улыбчивые французы, опять в одних рубашках, всё так же не выходя из кабины подняли якорь, поставили и настроили паруса — идём дальше! Ветер чуть слабее, потому паруса полные и даже размотан внутренний стаксель: начиная с полного бейдевинда, он замечательно «уживается» с генуей.
Я за штурвалом, автопилот выключен. Интересно прочувствовать классический не-балансирный руль. Усилия на штурвале выше и отзывчивость заметно ниже — приходится реагировать, чуть опережая желание яхты вильнуть на очередной волне. Зато наличие скега — это повышенная надёжность, стабильность на курсе и защита от брочинга.
Передние паруса стоят высоко — под ними нормальный обзор даже на крене. Периферийное остекление кабины гарантирует отсутствие «мёртвых» секторов, боковые стойки хард-топа, хоть и широкие, но контролю акватории не мешали. Люки над головой вроде и небольшие, но стоят именно в нужных местах — мы нормально настраивали паруса.
Вообще внимание к деталям на Amel — отдельная тема. Швартовные утки со складными «рогами» — полощущий шкот не захлестнёт в самый неподходящий момент. Тяга через стопора на лебёдку — только по прямой (нет трения и износа), где это невозможно — предусмотрен ролик. Кранцы не просто сваливаются в ахтерпик — их концы прихватываются к тросику на люке (будет легко вынимать). Кокпитные шпигаты внушительного диаметра прикрыты объёмной сеточкой — не забьются мусором. Полноценного размера креновой упор крепится на пайоле в самом удобном для рулевого положении. К тому же он съёмный — до чего просто и эффективно! Чтобы ящики комода в шторм сами не выдвигались (обычная проблема на всех «мэйнстримах»), они надёжно фиксируются сквозной спицей. Пайолы в каютах лежат на проклеенных кожей ложементах — не скрипят и не вибрируют. Стол в салоне комплектуется расширительной секцией — места хватит на восьмерых. Для удобства садящихся стол сдвигается по диагонали (как остроумно!). Даже для свисающих с тента кончиков (фиксировать свёрнутые боковины) предусмотрены специальные карманчики…
Что не понравилось? Сдвинутый в сторону рулевой пост (ограниченный обзор на одном из галсов), в кокпите некуда положить подручную мелочёвку (мобилка-фотокамера-ключи…), компас перекрывается рулевым колесом, глянцевая приборная панель (бликует)… Впрочем, первый пункт — из разряда «любое решение — компромисс». Тем более, что я быстро приспособился рулить верхом на поручне кресла, откуда обзор шикарный. На второе моё замечание Антуан пояснил: «Штатная опция — деревянные ящички на торпедо. Именно опция, ибо не всем это нужно». А третий и четвёртый недостатки уже исправлены: на новейших Amel 55 и приборная панель матовая, и штурвал другой, и площадки под автопилоты наклонены к рулевому, и в кокпите ступень выхода на корму появилась, и кокпитный стол установлен несколько иначе, и шкафчики в каютах стали большего размера, и их дверцы теперь открываются вниз (на крене содержимое не вываливается), и над «шкиперской» кроватью появилась большая книжная полка… Любое замеченное неудобство устраняется, проект постоянно модернизируется — так на этой верфи принято.
Главная же «претензия» к лодке — яхтинг на её борту напрочь лишён экстрима и героики. Даже в шторм и холод! Ибо миссия Amel в другом: быть неприступной для стихий крепостью и одновременно очагом уюта, источником наслаждения жизнью. Подобно ангелу-хранителю, обеспечивать своим обитателям надёжную защиту и практически домашний комфорт. Одна из соседних по Amel-понтону яхт так и называется: «Home» («Дом»). Как по мне — очень точно. Даже нечего добавить…

«Фарватер-консалтинг» знает эту яхту досконально — звоните (+380672666094), пишите …